За плечами нашего героя этой истории — не одна командировка в горячие точки. В начале СВО он добровольно отправился отстаивать интересы страны и сформировал в Хабаровске команду из опытных бойцов, готовых защищать Родину. В беседе с мужчиной журналист ИА AmurMedia Любовь Ахремцова поговорила о буднях на СВО, причины добровольного участия молодых людей в защите Родины и важность общей поддержки. В целях безопасности личные данные, включая позывной, не указываются.
— Расскажите о своём боевом опыте. Знаю, что спецоперация — не первая ваша зона боевых действий.
— Всё началось в 1990-м, когда я попал в вооружённые силы. Прибалтика, Югославия, Таджикистан, Чечня — через неё многие прошли, кто через первую кампанию, кто через вторую. В апреле 2022 года я добровольно уехал в первую командировку на СВО, вот уже четвёртая за плечами. Всё как всегда: работаю, возвращаюсь, отдыхаю, готовлю команду. В мае снова планирую выдвинуться.
— Вы пошли добровольцем?
— Да. Со второй командировки я в добровольческом батальоне "Барс" — боевом резерве страны. Он принимает таких, как мы, военных на пенсии и всех желающих отдать долг Родине.
Интервью. Фото: Кристина Полозова, ИА AmurMedia
— Почему вы решили пойти добровольцем на СВО?
— Во-первых, каждый должен делать то, что умеет лучше всего. Так получилось, что это моя профессия. Во-вторых, все, кто служил, знают, что армейский дух коллективизма — это своеобразный наркотик. Так или иначе, тянет обратно. К тому же, когда твой сослуживец отправляется туда, ты присоединяешься к нему. Много факторов. Если человек привык к такому образу жизни, он рано или поздно к нему возвращается. "Барс" — это ещё и подразделение, где минимальный контракт — полгода. В нашем возрасте это удобно: выполнил контракт, вернулся домой к обычной жизни, а через какое-то время можно и обратно. Некоторые, отслужив у нас полгода, потом уходят на годовой контракт. Приходит понимание, что это их. А для кого-то это возможность проверить себя и сделать свой выбор.
— Вы ведёте за собой людей в зону боевых действий. Как вам удалось завоевать доверие стольких мужчин, что они готовы идти за вами на СВО?
— Это люди, которые хорошо меня знают. Они уходили со мной и возвращались живыми и здоровыми. Ранения, конечно, бывают, без этого никак. У меня есть возможность в зоне боевых действий скорректировать базовые знания бойцов и определить для каждого подходящую роль. Кому-то нужно чистить картошку, кому-то чинить бензопилу или генератор. Зная человека заранее, можно поставить ему посильную задачу. Надеть военную форму — не значит стать военным. Есть задачи, есть обучение. Учиться и получать базовые знания нужно здесь. Там — уже экзамен на практике.
— Как вы оцениваете уровень подготовки добровольцев в Хабаровске? Есть ли организации, обучающие необходимым навыкам?
— На платформе "Рокот", турбаза "Амур", есть неплохие курсы по тактической медицине и общей подготовке. Кому-то нужно освежить знания, а кому-то — учиться с нуля. Чем больше подготовки и навыков, тем выше вероятность, что человек в стрессовой обстановке выполнит свою задачу.
— Легко ли находить контакт с бойцами, обучать их?
— Люди, которые к нам приходят, изначально мотивированы. А того, кто хочет учиться, учить проще. Есть поговорка: научить проще, чем переучить. Даже в тактической подготовке есть советские стереотипы. Сейчас ситуация изменилась: поменялось вооружение, прицелы, многое другое, в том числе благодаря электронике и дронам. Уже не нужно ходить в "серую зону", чтобы разведать обстановку, — достаточно умело пользоваться аппаратурой. Переучивать сложнее. Но главное — желание.
— Вы три года на СВО. Есть ли моральная усталость?
— Устаёшь, конечно. Поэтому раз в полгода, хотя в этот раз получилось девять месяцев, я возвращаюсь, переключаюсь. Три-четыре месяца готовлюсь, как и все, чему-то переучиваюсь, отдыхаю. Отдых обязательно нужен.
— Какие чувства испытываете, когда люди благодарят за вашу работу?
— Хотелось бы поблагодарить хабаровскую волонтёрскую организацию "Мы вместе", которая отправляет гуманитарную помощь. Нужды в продовольствии, как таковой, нет, но солдаты, они как дети, сладкому всегда рады. А сам факт этой помощи, её приход — это проявление заботы от незнакомых людей. Письма, помощь — это, в первую очередь, моральная поддержка. И значение её очень велико. Значит, не зря, значит, кому-то это нужно. А быть значимым — одна из важных составляющих жизни.
— Я была в зоне СВО и видела много молодых парней 18–20 лет. Вместо того чтобы гулять, встречаться с девушками, они добровольно выбрали этот нелёгкий путь. Нет ли там недопонимания между молодым и старшим поколением?
— Нет. Мы учим, и это хорошо, что есть кого учиться. Жизнь там не ограничивается оружием и боеприпасами. Молодые ребята учатся простым житейским мудростям. Например, не просто как забить гвоздь, а как сделать это правильно.
— Какой вы видите свою жизнь после спецоперации?
— Вопрос "а что дальше?" возникает не первый раз. Если честно, пока не задумывался, но возраст уже намекает на дом и дачу. Было бы желание, а работа всегда найдётся.
