Сокол (позывной вымышленный — прим. ред.) не находил себе места. Уже вторые сутки один из бойцов батальона с позывным Шторм (позывной вымышленный — прим. ред.) находился в лесополосе, хорошо простреливаемой укронацистами. При выполнении спецзадания его ранили, а товарищи не смогли сразу забрать.
Как командир эвакуационного отделения Сокол понимал, что жизнь Шторма висит на волоске. Заражение крови или отмирание тканей могло происходить уже сейчас, поэтому была важна каждая минута. Несколько попыток вытащить раненого из лесополосы закончились неудачей. Враг не давал эвакуационной группе подойти к Шторму, обстреливая все подходы из миномётов и гранатомётов. Нужно было что-то придумать.
— Командир, предлагаю отвлекающий элемент, — обратился Сокол к комбату. — Сделать видимость штурма с фланга. И желательно пугнуть их артиллерией. У моей группы появится окошко на эвакуацию.
Командир батальона идею одобрил. Через два часа, после обсуждения замысла со старшими в подразделениях, началась сложная операция по эвакуации.
— У нас всё получилось. Всё, как задумали, — вспоминает Сокол. — Я не сомневался в успехе и был прав.
Спустя пару месяцев после выздоровления Шторм пришёл в медподразделение поблагодарить своих спасителей. И это не единичный случай в практике эвакуационной группы.
— С ребятами, которым доводилось оказывать помощь, общаемся очень хорошо, кто-то говорит слова благодарности, да и вообще в целом приятно, что мы можем помочь вернуть ребят к полноценной жизни, — делится Сокол.
Сам он прибыл на специальную военную операцию в 2022 году. Был мотострелком. До этого, на Сахалине, работал преподавателем информатики. Дома его ждут супруга и двое детей — сын и дочка.
— На СВО я отправился без всяких колебаний. Защищать Родину — долг каждого уважающего себя гражданина. Защищать страну, семью и близких людей. По-другому и быть не может, — говорит Сокол.
Несколько месяцев он проходил подготовку на полигонах, а затем начались суровые будни специальной военной операции. Как только товарищи узнали, что родом он с Сокол — края тысяч рек и богатых сибирских лесов — тут же придумали позывной. Он сросся с ним крепко и другого теперь не представляет.
Сокол сразу оказался на самых сложных участках. Вместе с товарищами штурмовал хорошо укреплённые опорники противника. А когда было нужно, держал оборону. Командиры заметили его высокий профессиональный уровень при оказании медицинской помощи. За глаза так и прозвали — "медицинский самородок". Так что решение о переводе в медподразделение родилось само собой, будто судьба вела.
В феврале 2024 года Сокол уже командовал эвакуационным отделением медицинского подразделения гвардейского соединения.
— Самое важное — как можно быстрее доставить раненого в безопасное место. Осмотреть его, оказать первую помощь и передать на следующий этап эвакуации, — рассказывает он о своей работе.
Служба в эвакуационной группе медподразделения сегодня немногим отличается от участия в самых жарких штурмах позиций противника — ведь укронацисты целенаправленно выслеживают группы эвакуации и обрушивают на них весь огонь, который только могут.
— Из-за этого во многих случаях не сразу получалось забрать бойцов с поля боя, — с досадой говорит командир отделения.
Даже теперь, когда натиск врага значительно ослаб, Сокол ежедневно приходится выезжать на передний край под вражеским огнём.
— Такая у нас работа — спасать парней. И ранения разные бывают. Чаще лёгкие, но бывают и тяжёлые. В таких случаях нужен индивидуальный подход. Чтобы бойца доставить к хирургам в состоянии, максимально пригодном для его дальнейшего возвращения к полноценной жизни, — рассказывает собеседник.
О его подвигах красноречиво говорят и награды, две из которых особой пробы — Георгиевский крест IV степени и медаль "За спасение погибавших".
Материал подготовлен газетой "Суворовский натиск" (12+).
АВТОРЫ ТЕКСТА: Константин ГРОШИН Николай КИСЕЛЁВ
