19 февраля в концертном зале Хабаровской краевой филармонии всех любителей музыки ждет настоящий сюрприз. Дальневосточный академический симфонический оркестр впервые исполнит произведения немецких композиторов К.Ф. Стамица и Г.А. Шнайдера. Несмотря на то, что эти два музыканта не слишком знакомы даже искушенной публике, альт, кларнет и виолончель обещают сделать ваш вечер незабываемым. А каким будет предстоящий концерт, по мнению самих артистов, корр. ИА AmurMedia узнал у двух солистов оркестра: Юлии Павельевой и Геннадия Чащина.
Концерт. Фото: Фото: Алексей Тимиргалеев
— В первую очередь, хочется отметить, что это такая барочная музыка (музыка эпохи барокко — период в развитии европейской академической музыки, приблизительно между 1600 и 1750 годами – прим. ред.). Она представляет собой несколько необычное сочетание инструментов и звуков, отличающееся от привычных нам Бетховена или Брамса. То, что мы будем исполнять, в те времена было салонным музицированием, считалось элитным, камерным и как бы "для своих". Еще один нюанс в том, что симфония Г.А. Шнайдера в оригинале написанная только для духовых инструментов, переложена для кларнета и струнной виолончели с оркестром.
— Такие изменения, конечно, не испортят произведение.
— Думается, даже сделают его лучше. Виолончель – один из тех инструментов, которые могут говорить почти человеческим голосом. Это мое личное мнение и мнение многих музыкантов, ведь она по своему тембру и тесситуре способна ярко передать любую эмоцию. Кларнет так же, весьма контрастный инструмент – он может быть теплым, ярким, а может и зловещим. С его помощью можно пользоваться таким приемом, как лейттембр – это когда музыкальный тембр повторяется в разных частях произведения, характеризуя персонаж или явление. Например, у Чайковского, лейттембром ознаменуется появление Пиковой Дамы. Поэтому, думаю, у нас получиться продемонстрировать игру красок симфонии Шнайдера и достичь раскрытия задуманного образа.
— Как я понимаю, Шнайдер весьма необычный композитор, да сама и симфония претерпела некоторые изменения, полагаю, подготовка к концерту была сопряжена с определенными трудностями?
— Ну, сами посудите — нотный текст, написанный когда-то давно, когда не принято было указывать нюансы и штрихи – это уже непросто, а ведь на музыканте лежит ответственность мягко, доходчиво и грамотно попасть в стиль той эпохи, произведение которой он исполняет. К тому же, каждый концерт хочется сделать необычным, не похожим на другие, ты думаешь о том, чтобы слушатели получили заряд бодрости, радости. Хочется донести до них, что-то красивое, чтобы человек вышел после концерта с чистой душой и сердцем.
— Юлия, а, что Вы скажете на этот счет? Вам предстоит исполнить концерт для альта с оркестром Ре мажор, господина Стамица.
— Что тут скажешь, я два месяца готовилась к этому концерту: с утра работа в оркестре, а вечером по пять-шесть часов отработка техники исполнения. Это ведь как во многих других профессиях – бесконечное повторение и пока не дойдет до автоматизма. В общем, это труд и весьма нелегкий. Помимо этого, Стамиц — мало исполняемый композитор, хотя, я считаю, что не заслужено. Он современник Моцарта, лет на 10 его старше и его музыка считается, так сказать, предклассической. Сам он скрипач-виртуоз, объездил всю Европу с выступлениями, поэтому концертное исполнение его музыки должно быть ярким, бурными и очень запоминающимся.
— Какой он – концерт для альта?
— Мне кажется, что эта музыка очень светлая, исполняется в ре мажоре, и хотя ее вторая часть немного минорная, но эта грусть тихая, спокойная. В принципе, вся музыка той эпохи не отличается таким уж драматизмом, а скорей неким "природным" настроением: светит солнце, где-то плывут облака, чувствуется дуновение ветра.
— Кажется, каждую ноту Вы пропускаете через себя, несмотря на тысячный раз исполнения…
— А как по-другому! Наша работа связана с эмоциями, если у исполнителя их не будет, то у слушателя они тем более не появятся. С таким же успехом, можно послушать музыку на компьютере – музыку, в которой нет души.
— Геннадий Николаевич упоминал о том, что произведения Стамица и Шнайдера когда-то были "не для всех". Воспримет ли хабаровская публика такую музыку, как Вы считаете?
— Музыка – это международный язык, для ее понимания не надо знать английский, французский или африканский, каждый все равно найдет в ней, что-нибудь свое. Представьте, в зале сидит четыреста слушателей, каждый пришел со своим настроением, характером и убеждениями. Кто-то ищет успокоение, а кому-то требуется заряд бодрости и задача музыканта дать каждому то, что ему необходимо. Знаете, в 17-18 веках, когда творили Вивальди, Стамиц, Шнайдер, люди не учились в музыкальных школах – они приходили в церковь, слушали там Баха и не анализировали "знаю ли я гамму До мажор или нет". Так и сегодня: не обязательно знать музыку, достаточно просто ее любить.
Вот так просто: для того, чтобы отключиться от повседневной жизни, забыть о проблемах на работе или политических треволнениях, уйти глубоко в себя или открыть душу миру, надо всего лишь любить музыку. Любить и почаще слушать.
Текст: Кристина Балкивская
Фото: Алексей Тимиргалеев
