AmurMedia, 6 ноября 2019. Хабаровская журналистка, попробовав "молочки" на ферме продвинутого и обласканного грантом предпринимателя, попала в зону риска, так как стадо оказалось поражено бруцеллезом. После череды анализов Ульяна Соломко практически одновременно узнает о том, что у нее бруцеллез и о том, что беременна, сообщает корр. ИА AmurMedia Ко Виктория.
Страшноватую в своей обыденности историю болезни, приведшей к трагическим последствиям в ее жизни, рассказала хабаровская журналистка Ульяна Соломко, до недавнего времени работавшая корреспондентом портала DVHab.
Начиналось все просто. В середине мая краевой Минсельхоз организовал для СМИ экскурсию на молочную ферму семьи Даниленко (КФХ Даниленко — прим. редакции). Фермеры как раз получили грант на 16,3 млн рублей на расширение производства и жаждали поделиться планами.
Вообще для журналистов экскурсии на фермы — дело, давно ставшее привычным. Всё всем понятно: журналисты приезжают, им показывают хозяйство, всё объясняют, угощают, а дальше, вдохновившись рассказами фермеров и вкусом натуральных продуктов, они делятся своими впечатлениями с читателями.
В случае с КФХ Даниленко интерес подстегивал тот факт, что поездку, во-первых, организовывало правительство, а значит, решен вопрос с транспортом (ферма расположена в районе им. Лазо — прим. редакции), а во-вторых, что продукция не из коровьего молока, а из козьего. Буренками уже никого не удивишь, а вот козы давали возможность не только оживить картинку хорошим фото, но и подтвердить/развеять миф о пикантном вкусе и запахе продукции из козьего молока.
— Мы приехали на ферму, и нас там, конечно же, угощали всем, что производят: и молоком, и творогом, и йогуртом, и сметаной. До этого я с сомнением относилась к продуктам из козьего молока, но тут пришлось пробовать, раз я журналист и должна проверять на себе то, что предлагаю другим. Это был мой первый и единственный опыт потребления фермерской "молочки". Я потом статью написала о поездке. Там, кстати, даже есть фотография, где я стою в коридорчике, пью это молоко, на столе разложена продукция, рядом стоит Даниленко (Игорь Даниленко, супруг главы КФХ Татьяны Даниленко — прим. редакции), — рассказывает Ульяна Соломко. — И вот в мае мы съездили, а в июне разразился гром среди ясна неба: мне позвонили из пресс-службы правительства и сказали, что нужно сдать кровь на бруцеллёз.
Текст У.В. Соломко на сайте DV Hab. Фото: Фото: скриншот страницы DV Hab с фрагментом текста У.В. Соломко
Бруцеллез — зоонозная инфекция, передающаяся от больных животных человеку, характеризующаяся множественным поражением органов и систем организма человека. Источником инфекции служат домашние и дикие млекопитающие: крупный рогатый скот, козы, овцы, свиньи и др. В большинстве случаев инфицирование человека происходит через продукты животноводства, главным образом, непастеризованные продукты. Инфекция также может быть вызвана попаданием бактерий с заболевших животных через повреждения кожи или слизистую оболочку или при ингаляции зараженной пыли и аэрозолей. Обычно пациенты, не прошедшие лечения, приходят в нормальное состояние в течение 2-3 месяцев, однако за этим могут последовать циклы рецидива и ремиссии болезни, которые могут длиться годами и сопровождаться осложнениями на печень, селезенку, опорно-двигательный аппарат, мочеполовую систему, центральную нервную систему и сердце. К заболеванию восприимчивы все возрастные группы. У животных бруцеллез, согласно ветеринарным справочникам, приводит к выкидышам.
Всех экскурсантов, а среди гостей были и чиновники, срочно направили в краевой диагностический центр "Вивея" на осмотр и анализы крови. Бесплатно, естественно.
— Мы сдали кровь, потом через какой-то промежуток времени, не знаю почему, попросили сдать еще раз кровь. И потом, по-моему, я еще и в третий раз сдавала. Причин каких-то конкретных не называли, ничего мне не говорили, я сама звонила в "Вивею", чтобы узнать результат. То есть конкретики какой-то, больная — не больная, я не получила, а болезнь себя тогда никак не проявляла. Насколько я поняла, они наблюдали нас в динамике, потому что сразу бруцеллёз не проявляется. Есть инкубационный период, есть латентная форма, и я себя успокаивала тем, что они просто за нами наблюдают: а вдруг что-то выявят. Потом я узнаю, что семерых из тех, кто был на ферме, отправили в стационар. Когда я об этом услышала, сразу выдохнула от облегчения: значит со мной все в порядке, иначе бы тоже отправили в больницу. Тем более, я на тот момент когда ездила, принимала антибиотики. Я и подумала, что меня это всё обошло стороной, — вспоминает Ульяна Соломко.
Не обошло. Но узнала об этом журналистка позже и при весьма драматических обстоятельствах. В августе, по ее словам, ей позвонила заместитель заведующего терапевтическим отделением поликлиники, к которой она приписана, и сообщила, что надо еще раз сдать анализ на бруцеллез. Ульяна удивилась, но решила, что раз надо, так надо, сдаст еще раз, и сдала.
А затем, как в плохом кино, журналистка сначала узнает о том, что беременна, а после о том, что больна бруцеллезом.
Срок небольшой, 4-5 недель, но неожиданно возникла угроза выкидыша, из-за чего ее направляют на сохранение в краевую больницу. Здесь ей пришлось пролежать с небольшими перерывами почти месяц с начала сентября по начало октября. И именно в этот период и была поставлена безжалостная точка над "i": бруцеллез подтвердился.